Всё-таки странные вещи творятся иногда в мире. Жил себе в Германии немец, обычный немец – работал себе на выбранном поприще, горя не знал, выпустил несколько книжек по архитектуре, - потому что по профессии сам архитектор. И, в общем, занесло его случайно профессиональным ветром в Калининград.

О городе он знал понаслышке – не был ни уроженцем Кёнигсберга, ни сыном уроженца. Приехал, как это водится, и поразился несообразности нашего здесь бытия.

Немцы обладают странной и на наш взгляд болезненной особенностью – если где-то непорядок или неполадка, они обязательно стараются неполадку эту исправить, даже если это не совсем их неполадка. То тонны гуманитарного груза везут, то очистные сооружения в губернский калининградский городок, то ещё чего выдумают, что впоследствии наши испуганные патриоты поспешно окрестят регерманизацией области. Вот и Балдур Кёстер (так звали архитектора), издавший до приезда в Калининград шесть книг по архитектуре, приехав в Калининград, был изумлён открывшейся ему картиной. А именно, что люди уже более полувека живут в непривычной для них архитектурной среде, и даже не удосужились (или не смогли либо не успели?) эту архитектуру мало-мальски изучить. Всё ж таки, если мы живём в европейском городе, как нас иногда уверяют власти, это ведь обязывает жителей и профессионалов к определённой исторической преемственности…

Ну да ладно. С удивлением посматривая на местных зодчих, которые ухитрились полвека проектировать без профессионального учёта исторической среды, Балдур Кёстер принимает непростое для себя решение: зияющую брешь надо залатать. Он принимает решение написать седьмую свою книгу – «Архитектура Кёнигсберга, теперешнего Калининграда», - без политических подтекстов и касающуюся только лишь профессионально-исторических вопросов. Если на предыдущие шесть книг у него уходил год, максимум полгода работы, то эту он писал и пытался издать шесть лет. И это несмотря на помощь местной администрации и при активном содействии местной интеллигенции!

Помимо странных особенностей, немцы, пытающиеся сделать что-либо на русской территории, обладают не менее странной наивностью. Они никогда не могут предположить, во что выльется их самаритянское благодушие.

Тем не менее книга, хоть и спустя шесть лет, но появилась на свет. Калининградская презентация нового издания прошла в апреле тихо и малозаметно: по неведению архитектор назначил её на день, когда у православных отмечается Пасха. Книга вышла в двух вариантах: немецкий, цветной, тиражом 2000 экземпляров, и русский, черно-белый, - сто экземпляров. С нею я несколько раз наблюдал один и тот же замечательный эффект. Встретив знакомого местного архитектора, я говорил: «Тут у меня книга любопытная для тебя есть, хочешь посмотреть?..» - но я ещё не заканчивал фразы, как архитектор махал руками и заводил: «Ой, совершенно нет времени, я уже давно ничего не читаю, занят ужасно, …» - и далее в подобном роде. Я молча вынимал красный томик, архитектор некоторое время смотрел на надпись, потом судорожно листал страницы, а потом… потом все они задавали один и тот же вопрос: где взять такую?

Поясняю. Понимая, что издание при такой тиражности сразу попадает в разряд раритетов, Кёстер подарил архиву, музею и всем главным библиотекам города по экземпляру немецкой и русской версии, где с ними может ознакомиться любой желающий.

Вот, собственно, и всё. Благодаря странному немцу одной прорехой в нашем городе стало меньше.